Medical evacuation of non-transportable newborns after re-evaluation



Cite item

Abstract

Background: Early admission or birth in high level neonatal care facility is associated with lower morbidity in preterm infants. Assessment of transportability remains a problem of the pre-transport evaluation. The literature data lacks on the possibility of subsequent evacuation of patients who were recognized as non-transportable at the first examination.

Aim: to compare intensive care during the first and second examination of patients recognized as non-transportable and evacuated after re-departure.

Methods: The cohort study included data of patients who were recognized as non-transportable at the first examination and evacuated after a second examination (18 patients). Comparison of intensive care, assessments by scales, correction of intensive care by transport team during the first and repeated examination of the patient was performed. Descriptive statistics methods, Wilcoxon's test, McNimar's test were applied.

Results: Patients evacuated on the second attempt had a birth weight of less than 1500 grams. Median birth weight was 1125 [740 - 3240] grams. At the time of the second examination, the patients were reliably more often on traditional mechanical ventilation and less on high-frequency ventilation, and the infusion of adrenaline and prostaglandins was reliably more often carried out. The average number of corrective actions per patient at the first examination was 1.33 (SD 0.77), at the second examination - 0.5 (SD 0.62), p = 0.003. During the first attempt at evacuation, patients significantly more often required the administration or correction of the dose of catecholamines, reintubation of the trachea, and blood transfusion.

Conclusion: The data obtained indicate the inadequacy of the therapy carried out before the arrival of the transport team, contributes to the decision on the patient's non-transportability.

Full Text

Актуальность

Транспортабельность пациента в критическом состоянии есть утверждение о способности пациента перенести транспортировку без существенного ухудшения состояния. Оценка транспортабельности пациента является сложной задачей для специалиста, определяющего готовность к транспортировке [1]. Ухудшение состояния пациента в дороге может быть обусловлено неоптимальной и неадекватной стабилизацией в исходном стационаре, тяжестью состояния пациента, самой процедурой транспортировки. В литературе имеются указания на рост смертности в группе пациентов, состояние которых ухудшалось во время транспортировки (OR 3,34; CI 95% 1,2-8,7) [2, 3]. В процессе предтранспортной подготовки и оценки состояния новорожденного реаниматолог транспортной бригады должен определить факторы, ассоциированные с вероятным ухудшением состояния пациента в дороге. Для некоторой части пациентов риск ухудшения во время трансфера оценивается как избыточный и пациента оставляют в исходном учреждении [1]. Из крупных популяционных исследований известно, что экстремально недоношенные новорождённые, родившиеся и получающие интенсивную терапию в медицинских организациях, не имеющих крупного неонатального реанимационного отделения и значительного потока таких пациентов, имеют достоверно более высокую смертность в сравнении с пациентами учреждений 3 уровня [4 - 6]. При этом раннее поступление в учреждение высокого уровня неонатальной помощи сопряжено с меньшей заболеваемостью среди недоношенных новорождённых [7]. В доступной литературе отсутствуют данные о возможности последующей эвакуации пациентов, признанных нетранспортабельными при первом осмотре.  

Цель. Сравнить объем интенсивной терапии при первом и повторном осмотре пациентов, признанных нетранспортабельными и эвакуированных после повторного выезда.

Материалы и методы

В обсервационное, когортное ретроспективное исследование включены данные 640 выездов транспортной бригады реанимационно-консультативного центра для новорождённых (РКЦН) Областной детской клинической больницы (ОДКБ) Екатеринбурга в период с 1 августа 2017 по 31 декабря 2018 года. Полный объем данных или исходы были не доступны для 36 случаев. Выборку составляют 604 случая выезда транспортной бригады к 564 новорождённым детям, госпитализированным в медицинские организации Свердловской области и находящимся на дистанционном наблюдении РКЦН ОДКБ в связи с тяжестью состояния. Решение о транспортировке принималось врачом анестезиологом-реаниматологом транспортной бригады на основании действующего регионального приказа * и внутренних нормативных актов ОДКБ после оценки тяжести состояния и возможных рисков.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

*  Приказ Министерства здравоохранения Свердловской области №1687п от 04.10.2017  http://www.pravo.gov66.ru/14866/ 

Источником данных об исходах госпитального этапа была первичная медицинская документация. В исследуемой выборке по принятому тактическому решению транспортной бригады выделены подгруппы транспортабельных (n=497) и нетранспортабельных пациентов (n=46). Эвакуация транспортированных пациентов в 92,15% случаев (459 детей) осуществлена после первого осмотра реаниматологатранспортной бригады, в 7,04% случаев (34 ребенка) после повторного осмотра, 0,8% (4 пациента) эвакуированы после более чем двух осмотров. Из 34 детей, эвакуированных после повторного осмотра, 18 детей признаны нетранспортабельными при первом осмотре и 16 детей оставлены по решению транспортной бригады в связи с отсутствием показаний к переводу. В дальнейший анализ включены данные 18 пациентов, признанных нетранспортабельными при первом осмотре и эвакуированных по результатам повторного осмотра (Рис.1).

 

 

 
  

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рис.1. Дизайн исследования

Fig.1. Study design

 

Выполнено сравнение параметров интенсивной терапии, оценок по угрозометрическим шкалам (КШОНН, клиническая шкала оценки недоношенных новорождённых, NTISS, The Neonatal Therapeutic Intervention Scoring System и TRIPS, Transport Risk Index of Physiologic Stability for Newborn Infants), коррекции интенсивной терапии при первом и повторном осмотре пациента реаниматологом транспортной бригадой.  

Статистические инструменты. Описательная статистика: медиана и межквартельный интервал, доля, 95% ДИ доли, ошибка доли. При анализе количественных данных двух зависимых выборок применен критерий Уилкоксона. При анализе бинарных данных двух зависимых выборок применен критерий МакНимара. Анализ выполнен программным средством Matlab R2017a.

 

Результаты

Пациенты, эвакуация которых была осуществлена со второй попытки, более чем в 50% случаев имели массу при рождении менее 1500 грамм и гестационный возраст менее 29 недель. Медиана массы при рождении составила 1125 [740 - 3240] грамм, гестационного возраста - 28 [25 - 38] недель, распределение по массе при рождении и сроку гестации представлено в таблицах 1 и 2.

 

Табл. 1. Распределение по массе при рождении

Tabl.1. Birth weight

Масса

Эвакуированы со 2 попытки (n=18)

Доля  [95% ДИ]

Менее 750 г

27,78   [9, 69 - 53, 48]

750-999г

16,67   [3, 58 - 41, 42]

1000-1499г

11,11   [1, 38 - 34, 71]

1500-2499г

0,00     [0, 00 - 18, 53]

2500-3499г

33,33   [13, 34 - 59, 01]

Более 3500г

11,11   [1, 38 - 34, 71]

 

Табл. 2. Распределение по гестационному возрасту

Tabl.2. Gestational age

Гестационный возраст

Эвакуированы со 2 попытки (n=18)

Доля  [95% ДИ]

22 – 24 недели

11,11   [1, 38 - 34, 71]

25 – 28 недель

44,44   [21, 53 - 69, 24]

29 – 32 недели

0,00     [0, 00 - 18, 53]

33 – 36 недель

11,11   [1, 38 - 34, 71]

37 недель и более

33,33   [13, 34 - 59, 01]

 

В 50% случаев пациенты, эвакуированные со второй попытки, находились в учреждениях 3 уровня, только 5,56% находились в организациях 1 уровня. 27,78% детей находились в учреждениях 2 уровня, имеющих в своем составе педиатрическое или неонатальное реанимационное отделение. То есть 77,78% пациентов осматривались реаниматологом транспортной бригады в медицинских организациях, имеющих возможность проведения длительной интенсивной терапии, в том числе недоношенным новорождённым.

            При оценке объема проводимой интенсивной терапии выявлена достоверная разница между первым и вторым осмотром реаниматолога транспортной бригады. Пациенты на момент повторного осмотра достоверно чаще находились на традиционной искусственной вентиляции легких (ИВЛ) и реже на высокочастотной вентиляции (ВЧИВЛ), достоверно чаще в лечении назначали инфузии адреналина и простагландинов. При этом инфузия добутамина не проводилась на момент повторного осмотра, что достоверно отличается от показателя первого осмотра (таблица 3).

Табл. 3. Объем интенсивной терапии при первом и повторном осмотре

Tabl.3. Intensive care on first and second evaluation

Интенсивная терапия

Первый осмотр (n=18)

Доля  [95% ДИ]

Второй осмотр (n=18)

Доля  [95% ДИ]

р

ИВЛ

88,89   [65, 29 - 98, 62]

94,44   [72, 71 - 99, 86]

0,003

Высокочастотная ИВЛ

11,11   [1, 38 - 34, 71]

5,56     [0, 14 - 27, 29]

0,001

Дофамин

55,56   [30, 76 - 78, 47]

55,56   [30, 76 - 78, 47]

0,373

Адреналин

5,56     [0, 14 - 27, 29]

11,11   [1, 38 - 34, 71]

0,000

Добутамин

11,11   [1, 38 - 34, 71]

0,00     [0, 00 - 18, 53]

0,000

Простагландины

0,00     [0, 00 - 18, 53]

5,56     [0, 14 - 27, 29]

0,000

Седация

22,22   [6, 41 - 47, 64]

27,78   [9, 69 - 53, 48]

0,133

 

При анализе параметров респираторной поддержки не выявлено достоверных различий между показателями ИВЛ при первом и втором осмотре, доза дофамина и скорость инфузионной терапии так же достоверно не отличались (таблица 4).

 

Табл. 4. Параметры традиционной ИВЛ и интенсивной терапии  при первом и втором осмотре

Tabl.4. Respiratory and intensive care settings on first and second evaluation

Параметры терапии

Первый осмотр (n=18)

Медиана [IQR]

Второй осмотр (n=18) Медиана [IQR]

р

Pip, см вод.ст.

21 [20 - 25, 5]

20 [19 - 22]

0,425

PEEP, см вод.ст.

5 [5 - 6]

5 [5 - 5]

0,816

МАР, см вод.ст.

11,26 [9.2 – 12.9]

9,98 [8, 17 – 11, 33]

0,267

Индекс оксигенации

5,04 [4, 07 – 8, 69]

3,72 [2, 6 – 7, 39]

0,306

FiO2, %

50 [40 - 70]

40 [30 - 60]

0,265

Скорость инфузии, мл/час

8 [5, 5 - 8]

6,6 [5 - 8]

0,780

Доза дофамина, мкг/кг/мин

5 [5 - 10]

5 [5 - 5]

0,755

Примечание. IQR — межквартильный интервал.

Note. IQR - interquartile range

 

                По регистрируемым параметрам мониторинга не выявлено достоверных различий между первым и повторным осмотром пациентов (таблица 5).          

Табл. 5. Данные мониторинга при первом и втором осмотре

Tabl.5. Monitoring on first and second evaluation

Параметры мониторинга

Первый осмотр (n=18)

Медиана [IQR]

Второй осмотр (n=18) Медиана [IQR]

р

ЧД, в минуту

52,5 [50 - 60]

 

50 [45 - 60]

 

0,634

ЧСС, в минуту

133,5 [130 - 142]

132,5 [120 - 145]

0,975

АД систолическое, мм.тр.ст.

59 [52 - 62]

60 [55 - 65]

0,484

АД диастолическое, мм.рт.ст.

35 [30 - 40]

34,5 [30 - 40]

0,861

Т, С

36,6 [36, 6 - 36, 8]

36,6 [36, 6 - 36, 8]

0,986

SpO2, %

93 [92 - 96]

93 [92 - 95]

1,000

SpO2/FiO2

184 [135, 71 - 232, 50]

231,25 [151, 67 - 316, 67]

0,177

Примечание. IQR — межквартильный интервал.

Note. IQR - interquartile range

 

                При оценке применения угрозометрических шкал    при первом и втором осмотре достоверных различий не выявлено (таблица 6).                                  

Табл. 6. Оценки по угрозометрическим шкалам

Tabl.6. Severity score

Шкалы

Первый осмотр (n=18)

Медиана [IQR]

Второй осмотр (n=18) Медиана [IQR]

р

КШОНН, баллы

7 [6 - 8]

6 [5 - 8]

0,069

NTISS, баллы

24,5 [20 - 30]

22 [20 - 30]

0,263

TRIPS, баллы

31,5 [31 - 36]

26 [20 - 34]

0,108

Примечание. IQR — межквартильный интервал.

Note. IQR - interquartile range

                При анализе распределения пациентов по подгруппам в зависимости от оценки по угрозометрическим шкалам достоверные различия между данными первого и повторного осмотра выявлены только для шкалы TRIPS. Отмечается достоверное уменьшение доли пациентов с оценкой 31-38 баллов и достоверный рост доли пациентов с оценкой 17-23 балла. Другими словами, пациенты на момент повторного осмотра достоверно чаще относились к подгруппе меньшей тяжести по TRIPS, чем при первом осмотре (таблица 7).

Табл. 7. Структура по TRIPS

Tabl. 7. TRIPS score

Баллы

Первый осмотр (n=18)

Доля  [95% ДИ]

Второй осмотр (n=18)

Доля  [95% ДИ]

р

0-7

0,00     [0, 00 - 18, 53]

0,00     [0, 00 - 18, 53]

1,000

8-16

0,00     [0, 00 - 18, 53]

0,00     [0, 00 - 18, 53]

1,000

17-23

11,11   [1, 38 - 34, 71]

50,00   [26, 02 - 73, 98]

0,015

24-30

0,00     [0, 00 - 18, 53]

0,00     [0, 00 - 18, 53]

1,000

31-38

77,78   [52, 36 - 93, 59]

33,33   [13, 34 - 59, 01]

0,010

39 и более

11,11   [1, 38 - 34, 71]

16,67   [3, 58 - 41, 42]

0,669

 

                При анализе потребности в коррекции интенсивной терапии на этапе предтранспортной подготовки выявлены достоверные различия между данными первого и второго осмотра. Среднее количество корректирующих действий на одного пациента при первом осмотре составило 1,33 (SD 0,77), при втором осмотре – 0,5 (SD 0,62), р=0,003.  При осуществлении первой попытки эвакуации пациенты достоверно чаще требовали  назначения или коррекции дозы катехоламинов,  переинтубации трахеи и выполнения гемотрансфузии, что свидетельствует о неадекватности интенсивной терапии, проводимой до момента первого осмотра реаниматолога транспортной бригады, и необходимость ее коррекции (таблица 8).  При этом длительность предтранспортной подготовки при первом и повторном осмотре достоверно не отличалась, 60[60 - 90] минут и 60[60 - 60] минут при первом и втором осмотре соответственно, р=0,357.

Табл. 8. Коррекция интенсивной терапии, выполненная транспортной бригадой

Tabl. 8. Correction of intensive care

Коррекция терапии

Первый осмотр (n=18)

Медиана [IQR]

Второй осмотр (n=18) Медиана [IQR]

р

Сердечно-легочная реанимация

0,00 [0, 00 - 18, 53]

0,00 [0, 00 - 18, 53]

1

Организация сосудистого доступа

0,00 [0, 00 - 18, 53]

0,00 [0, 00 - 18, 53]

1

Дополнительный объем инфузии

0,00 [0, 00 - 18, 53]

0,00 [0, 00 - 18, 53]

1

Назначение катехоламинов или увеличение их дозы

27,78 [9, 69 - 53, 48]

0,00 [0, 00 - 18, 53]

0,002

Коррекция параметров ИВЛ

61,11 [35, 75 - 82, 70]

44,44 [21, 5 - 69, 24]

0,318

Интубация / переинтубация трахеи

5,56 [0, 14 - 27, 29]

0,00 [0, 00 - 18, 53]

0,0002

Трансфузия

22,22 [6, 41 - 47, 64]

5,56 [0, 14 - 27, 29]

0,004

Примечание. IQR — межквартильный интервал.

Note. IQR - interquartile range

 

Обсуждение

В доступной литературе отсутствуют сведения о возможности последующей эвакуации пациентов, признанных нетранспортабельными по результату первого осмотра. Закономерным является тот факт, что более 75% пациентов в исследуемой выборке недоношенные, 50% из них родились в сроке гестации менее 29 недель.  Недоношенность, незрелость органов и систем обуславливает дополнительную потребность в интенсивной терапии, более высокую заболеваемость и смертность [10]. Для недоношенных новорожденных характерны специфические патологические состояния и осложнения (внутрижелудочковые кровоизлияния, некротизирующий энтероколит, бронхолегочная дисплазия), не свойственные доношенным детям, требующие длительной интенсивной терапии и нередко приводящие к летальному исходу и значительному ограничению функционирования [11]. Этот факт обуславливает необходимость маршрутизации этих пациентов в учреждения, возможности которых обеспечивают весь требуемый объем терапии, как пренатально, так и постнатально [6, 12 - 14].

Проведение высокочастотной ИВЛ при осуществлении межгоспитальной транспортировки технически возможно. Доступность такой техники позволяет протезировать респираторную функцию пациентам, находящимся на ВЧИВЛ в исходном учреждении. При этом используются аппараты ИВЛ, обеспечивающие высокочастотную струйную вентиляцию (HFJV) или высокочастотные аппараты с прерывателем потока. Национальные рекомендации в основном не предполагают обязательного оснащения этим оборудованием всех транспортных бригад [15 - 16]. В то же время, J.P. Kinsella et al. продемонстрировали, что ингаляция оксида азота более эффективна при высокочастотной вентиляции [17]. У новорожденных с тяжелой дыхательной недостаточностью переход с ВЧИВЛ на традиционную вентиляцию сопряжен дерекрутированием легких, формированием ателектазов и возможным прогрессированием дыхательной недостаточности. В работе E.S.Mainali et al. показано, что применение HFJV  ассоциировано со значимым улучшением вентиляции. При этом в группе ВЧИВЛ наблюдалось увеличение частоты пневмотораксов до транспортировки, и после нее, это может указывать на наличие сдвига в исследуемой авторами выборке: на данный вид поддержки переводили пациентов в связи с синдромом утечки воздуха или более тяжёлыми дыхательными нарушениями [18]. В литературе так же имеются указания на успешный опыт применения ВЧИВЛ в дороге (96%) при отсутствии осложнений на всех этапах и необходимость полноценного мониторинга при проведении ВЧИВЛ в дороге, в частности контроль КОС, поскольку имеются риски гипервентиляции [19, 20]. Наблюдаемое в нашем исследовании достоверное перераспределение пациентов с ВЧИВЛ на традиционную вентиляцию демонстрирует попытку адаптировать пациентов к тому варианту респираторной поддержки, который может быть обеспечен транспортной бригадой, то есть к традиционной вентиляции.  При этом параметры респираторной поддержки и расчетные коэффициенты (среднее давление в дыхательных путях, индекс оксигенации, SpO2/FiO2), отражающие тяжесть дыхательных нарушений и «жесткость» вентиляции, не имеют достоверных различий между первым и вторым осмотром.

            Потребность в проведении инфузии катехоламинов, свидетельствующая о нестабильности гемодинамики, является важным аргументом при оценке возможности транспортировать пациента. При этом проведение инфузии катехоламинов в дороге возможно, однако сопряжено с дополнительным риском осложнений [21, 22]. В исследуемой выборке мы наблюдаем достоверный рост доли пациентов, получающих инфузию адреналина. При этом отсутствие различий по регистрируемым параметрам макрогемодинамики указывает на сопоставимость степени гемодинамических нарушений при первом и повторном осмотре.

Основной акцент в публикациях, посвященных оценке предикторных свойств угрозометрических шкал, традиционно делается на прогнозирование летального исхода или развитие тех или иных осложнений. S.K. Lee et al., предложившие шкалу TRIPS, указывают, что наблюдаемая 7-суточная смертность при оценке менее 8 баллов составляет всего 0,7%, при значении 8-16 баллов - 3,1%, при значении 17-23 балла – 5,4%, при оценке 24-30 баллов – 15%, при значении 31-38 баллов –17,6%, при значении 39 и более баллов – 26,7% [23]. Не смотря на отсутствие достоверных различий в оценках по угрозометрическим шкалам между первым и вторым осмотром, в исследуемой выборке наблюдается «перераспределение» пациентов из подгруппы 31-38 баллов в подгруппу 17-23 балла, что указывает на возможное ожидаемое снижение смертности. Следует подчеркнуть, что шкала TRIPS оказалась единственной из трех исследуемых угрозометрических инструментов, продемонстрировавшей достоверное перераспределение между подгруппами, что, возможно, подтверждает ее бóльшую клиническую ценность.

Публикации, посвященные объему предтранспортной подготовки немногочисленны. A.A. Chakkarapani et al. при анализе данные 3350 случаев трансфера новорожденных определили 3 наиболее часто выполняемых процедуры: катетеризация периферической вены, забор газов артериальной крови и интубация трахеи. При этом 63,49% детей было выполнено одно вмешательство, 25,22%  - два вмешательства, в 11,29% случаев пациентам было выполнено более двух вмешательств. Общее количество вмешательств составило 0,99 на одного пациента, что меньше наблюдаемого в нашем исследовании при первом осмотре, но вдвое больше, чем выполнялось при втором. Частота процедур варьировала в разных подгруппах гестационного возраста. Анализ логистической регрессии показал, что более инвазивные процедуры и большее количество вмешательств были связаны с более длительной подготовкой к транспортировке. Однако, полноценное сопоставление этих результатов с полученными нами данными затруднительно, поскольку наблюдается значительное различие структуры исследуемых выборок. В работе A.A. Chakkarapani et al. средняя масса при рождении (±SD) составила 2,722 (±1,005) грамм, в нашей выборке медиана массы составила 1125 [740 - 3240] грамм, доля пациентов со сроком гестации менее 29 недель в работе A.A. Chakkarapani et al. составила 10,87%, в нашей работе – более 50%. В подгруппе детей с гестационным возрастом менее 29 недель в исследовании A.A. Chakkarapani et al.  количество вмешательств на одного пациента вдвое превышает среднее по выборке и составляет 1,99 [24]. Наблюдаемое в нашем исследовании количество манипуляций транспортной бригады, направленных на стабилизацию состояния и подготовку к транспортировке достоверно уменьшается при повторном осмотре. Бóльшая потребность в коррекции интенсивной терапии свидетельствует о неадекватность терапии, проводимой до первого приезда транспортной бригады, что и является основанием для принятия решения о нетранспортабельности пациента. При этом литературные данные подтверждают, что адекватная стабилизация и коррекция интенсивной терапии в обратившейся медицинской организации снижает риск нежелательных явлений во время транспортировки, а недостаточная  подготовка увеличивает потребность коррекции интенсивной терапии в дороге [25, 26].

            Выводы

  1. Пациенты, признанные нетранспортабельными при первом осмотре, на момент повторного осмотра достоверно реже требовали проведения ВЧИВЛ, введения добутамина и достоверно чаще получали инфузию адреналина и простогландинов.
  2. При первом осмотре пациенты достоверно чаще в сравнении с повторным осмотром требовали коррекции дозы катехоламином, переинтубации трахеи и переливания компонентов и препаратов крови
  3. Необходимость в дополнительных корректирующих действиях при первом осмотре транспортной бригадой может указывать на неадекватность проводимой до ее прибытия интенсивной терапии, что препятствует принятию решения о транспортировке пациента
×

About the authors

Olga P. Kovtun

Ural state medical university

Email: kovtun@usma.ru
ORCID iD: 0000-0002-5250-7351
SPIN-code: 9919-9048

Dr. Sci. (Med.), Professor, Correspondent Member of the Russian Academy of Sciences, Rector

Russian Federation, 3 Repin St, Yekaterinburg, 620028, Russia

Nadezhda S. Davydova

Ural state medical university

Email: davidovaeka@mail.ru
ORCID iD: 0000-0001-7842-6296
SPIN-code: 3766-8337

Dr. Sci. (Med.), Professor, Department of Anesthesiology, Intensive Care, Toxicology

Russian Federation, 3 Repin St, Yekaterinburg, 620028, Russia

Rustam F Mukhametshin

Ural state medical university; Regional Children's Clinical Hospital

Email: rustamFM@yandex.ru
ORCID iD: 0000-0003-4030-5338
SPIN-code: 4206-3303

Cand. Sci. (Med.), head of NICU#2; Assistant professor of Anesthesiology, Intensive Care, Toxicology Department 

Russian Federation, 32 S.Deriabinoi St. Yekaterinburg, 620149, Russia; 3 Repin St, Yekaterinburg, 620028, Russia

Andrew A. Kurganski

Ural Federal University named after the first President of Russia B.N.Yeltsin,

Author for correspondence.
Email: k-and92@mail.ru
ORCID iD: 0000-0002-8891-4776
SPIN-code: 1177-3250

senior lecturer, Department of Radioelectronics and Telecommunications, IRIT-RTF

Russian Federation, 19 Mira street, Ekaterinburg, 620002, Russia

References

  1. Tomé T., Guimarães H., Bettencourt A., Peixoto J.C. Neonatal morbi-mortality in very low birth weight in Europe: the Portuguese experience // J Matern Fetal Neonatal Med.2009; 22 (Suppl 3): 85-87. doi: 10.1080/14767050903199288.
  2. Veit-Sauca B., Boulahtouf H., Mariette J.B., Thevenot P., Gremy M., Ledésert B., Boulot P., Picaud J.-C. Regionalization of perinatal care helps to reduce neonatal mortality and morbidity in very preterm infants and requires updated information for caregivers // Arch Pediatr. 2008; 15 (6): 1042-1048. doi: 10.1016/j.arcped.2008.02.011
  3. Alleman B.W., Bell E.F., Li L., Dagle J.M., Smith P.B., Ambalavanan N. Laughon M.M., Stoll B.J., Goldberg R.N., Carlo W.A., Murray J.C., Cotton C.M., Shankaran S., Walsh M.C., Laptook A.R., Ellsbury D.L., Hale E.C., Newman N.S., Wallace D.D., Das A., Higgins R.D. and for the Eunice Kennedy Shriver National Institute of Child Health and Human Development Neonatal Research Network. Individual and Center-Level Factors Affecting Mortality Among Extremely Low Birth Weight Infants // Pediatrics. 2013; 132 (1): e175-184. doi: 10.1542/peds.2012-3707.
  4. Lasswell S.M., Barfield W.D., Rochat R.W., Blackmon L. Perinatal regionalization for very low-birth-weight and very preterm infants: a meta-analysis // JAMA. 2010; 304 (9): 992-1000. doi: 10.1001/jama.2010.1226
  5. Hossain S., Shah P.S., Ye X.Y., Darlow B.A., Lee S.K., Lui K. Outborns or Inborns: Where Are the Differences? A Comparison Study of Very Preterm Neonatal Intensive Care Unit Infants Cared for in Australia and New Zealand and in Canada // Neonatol. 2016; 109 (1): 76-84. doi: 10.1159/000441272
  6. Hentschel R., Guenther K., Vach W., Bruder I. Risk-adjusted mortality of VLBW infants in high-volume versus low-volume NICUs // Arch Dis Child Fetal Neonatal Ed 2019; 104 (4): F390-F395. doi: 10.1136/archdischild-2018-314956
  7. Goldsmit G., Rabasa C., Rodríguez S., Aguirre Y., Valdés M., Pretz D., Carmona D., López Tornow S., Fariña D. Risk factors associated to clinical deterioration during the transport of sick newborn infants // Arch Argent Pediatr. 2012; 110(4): 304-9. doi: 10.5546/aap.2012.304.
  8. Helenius K., Longford N., Lehtonen L., Modi N., Gale C. Association of early postnatal transfer and birth outside a tertiary hospital with mortality and severe brain injury in extremely preterm infants: observational cohort study with propensity score matching // BMJ.2019; l5678(367): 1-11. doi: 10.1136/bmj.l5678
  9. Shmakov A.N., Aleksandrovich Yu.S., Pshenisnov K.V., Zabolotskiy D.V., Razumov S.A. Intensive care of children who require interhospital transport (a clinical guideline draft) // Almanac of Clinical Medicine. 2018;46(2):94–108. doi: 10.18786/2072-0505-2018-46-2-94-108 (In Russ.)
  10. Barfield W.D. Public Health Implications of Very Preterm Birth // Clin Perinatol. 2018 Sep;45(3):565-577. doi: 10.1016/j.clp.2018.05.007.
  11. Harrison M.S, Goldenberg R.L. Global burden of prematurity // Semin Fetal Neonatal Med. 2016 Apr;21(2):74-9. doi: 10.1016/j.siny.2015.12.007.
  12. Bartels D.B., Wypij D., Wenzlaff P., Dammann O., Poets C.F. Hospital volume and neonatal mortality among very low birth weight infants // Pediatrics. 2006; 117 (6): 2206-2214. doi: 10.1542/peds.2005-1624.
  13. Phibbs C.S., Baker L.C., Caughey A.B., Danielsen B., Schmitt S.K., Phibbs R.H. Level and volume of neonatal intensive care and mortality in very-low-birth-weight infants // N Engl J Med 2007; 356 (21): 2165-2175. doi: 10.1056/NEJMsa065029.
  14. Obladen M. Minimum patient volume in care for very low birthweight infants: a review of the literature // Z Geburtshilfe Neonatol 2007; 211 (3): 110-117. doi: 10.1055/s-2007-960745.
  15. Insoft R.M., Schwartz H.P. American Academy of Pediatrics. Section on transport medicine. Equipment and medications. Guidelines for air and ground trans port of neonatal and pediatric patients. 4rd ed. Elk Grove Village, IL: American Academy of Pediatrics; 2015. 488р.
  16. Narli N., Kırımi E., Uslu S. Turkish Neonatal Society guideline on the safe transport of newborn // Turk Pediatri Ars. 2018; 25 (53): 18-31. doi: 10.5152/TurkPediatriArs.2018.01804
  17. Kinsella J.P., Truog W.E., Walsh W.F., Goldberg R.N., Bancalari E., Mayock D.E., Redding G.J., deLemos R.A., Sardesai S., McCurnin D.C., Moreland S.G., Cutter G.R., Abman S.H. Randomized multicenter trial of inhaled nitric oxide and high-frequency oscillatory ventilation in severe persistent pulmonary hypertension of the newborn // J Pediatr. 1997;131: 55-62
  18. Mainali E.S., Greene C., Rozycki H.J., Gutcher G.R. Safety and efficacy of high-frequency jet ventilation in neonatal transport // J Perinatol. 2007; 78 (10): 609-13. doi: 10.1038/sj.jp.7211799
  19. Goldsmith J.P., Karotkin E.H., Keszler M., Suresh G. Assisted Ventilation of the Neonate (Sixth Edition). Philadelphia, PA : Elsevier, 2017. p.211-228
  20. Honey G., Bleak T., Karp T., MacRitchie A., Null D. Jr. Use of the Duotron Transporter high frequency ventilator during neonatal transport // Neonatal Netw. 2007; 26: 167-174. doi: 10.1891/0730-0832.26.3.167.
  21. Kumar P.P., Kumar C.D., Shaik F., Yadav S., Dusa S., Venkatlakshmi A. Transported neonates by a specialist team - how STABLE are they // Indian J Pediatr. 2011; 78 (7): 860-2. doi: 10.1007/s12098-010-0362-0.
  22. Leung K.K.Y., Lee S.L., Wong M.S.R., Wong W.H., Yung T.C. Clinical outcomes of critically ill infants requiring interhospital transport to a paediatric tertiary centre in Hong Kong // Pediatr Respirol Crit Care Med. 2019; 3: 28-35. doi: 10.4103/prcm.prcm_6_19
  23. Lee S.K., Zupancic J.A., Pendray M., Thiessen P., Schmidt B., Whyte R., Shorten D., Stewart S., Canadian Neonatal Network. Transport risk index of physiologic stability: a practical system for assessing infant transport care // J Pediatr.2001;139(2):220-6. doi: 10.1067/mpd.2001.115576 2017
  24. Chakkarapani A.A., Whyte H.E., Massé E., Castaldo M., Yang J., Lee K.S.; Canadian Neonatal Transport Network. Procedural Interventions and Stabilization Times During Interfacility Neonatal Transport // Air Med J. 2020;39(4):276-282. doi: 10.1016/j.amj.2020.04.007.
  25. Musialik-Swietlińska E., Bober K., Swietliński J., Górny J., Krawczyk R., Owsianka-Podleśny T. Evaluation of sick neonates' medical interventions in maternity units before transport to reference centres // Med Wieku Rozwoj. 2011; 15 (1): 84-90.
  26. Xu X.J., Li L.N., Wu W.Y. Importance of stabilization of the neonatal transport network in critically ill neonates // J Int Med Res. 2019; 47 (8): 3737-3744. doi: 10.1177/0300060519853948

Copyright (c) Kovtun O.P., Davydova N.S., Mukhametshin R.F., Kurganski A.A.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies