Effectiveness of early rehabilitation in neonates after neonatal sepsis

Full Text

ОБОСНОВАНИЕ

Неонатальный сепсис продолжает оставаться одной из ведущих причин летальности и отдалённой инвалидизации в перинатальной медицине, несмотря на значительный прогресс в диагностике и антимикробной терапии. По современным оценкам, ежегодно неонатальным сепсисом заболевают 3 000 000 детей, при этом прогнозируемая смертность достигает 375 000 новорождённых [1].

Особенность данной патологии у младенцев — высокий риск развития синдрома полиорганной недостаточности как проявления системного воспалительного ответа, ведущего к повреждению практически всех функциональных систем ребёнка. В современном понимании, сепсис — это не просто инфекция, а тяжелейший системный сбой с катастрофическими метаболическими, гемодинамическими и нейроиммунными последствиями. Выход пациента из острой фазы сепсиса знаменует начало не менее ответственного периода — восстановления органов и тканей, что выводит на первый план проблему ранней, научно обоснованной реабилитации.

В клинических рекомендациях «Сепсис у новорождённых» (2025) [2], в отличие от проекта клинических рекомендаций «Сепсис у детей: федеральные клинические рекомендации» [3] отсутствует как таковая модель реабилитации, также не представлены фактические данные, касающиеся практических подходов и акцентов при формировании индивидуальных траекторий реабилитации детей после перенесённого неонатального сепсиса, что определило цель исследования.

Цель исследования

Оценить эффективность ранней реабилитации у новорождённых, перенёсших неонатальный сепсис.

Методы

Дизайн исследования

Проведено проспективное одноцентровое исследование.

Условия проведения исследования

Исследование проведено в Кузбасской областной клинической больнице (КОКБ) им. С.В. Беляева г. Кемерово в период с марта 2024 г. по декабрь 2025 г.

Этическая экспертиза

Исследование одобрено Комитетом по этике и доказательности медицинских научных исследований КОКБ, протокол № 149/1 от 07.02.2024.

Критерии соответствия (отбора)

Сплошным методом были исследованы новорождённые, поступившие в отделение реанимации и интенсивной терапии и имеющие критерии сепсиса.

Критерии включения: новорождённые с гестационным возрастом более 32 нед., нахождение на искусственной вентиляции лёгких, наличие генерализованной инфекции, органных нарушений, оценка по шкале неонатальной органной дисфункции (Neonatal Multiple Organ Dysfunction Score — NEOMOD) 2 балла и более [4], согласие законного представителя ребёнка на участие в исследовании.

Критерии невключения: новорождённые без генерализованной инфекции, гестационный возраст менее 32 нед., отсутствие органных нарушений, оценка по шкале NEOMOD менее 2 баллов, оценка по шкале Апгар менее 5 баллов на первой минуте, наличие хирургической патологии и хромосомных аномалий.

Критерии исключения: отказ законного представителя ребёнка от участия в исследовании.

Генерализованная инфекция была выставлена по следующим критериям: инфекционный очаг — пневмония, некротизирующий энтероколит, конъюктивит, омфалит, менингит, инфекция мочевыводящих путей (P36.0, P36.1, P36.2, P36.3, P36.4, P36.5, P36.8, P36.9, Р39,8, Р39,9). Полиорганная недостаточность была выставлена по следующим критериям: не менее двух систем по шкале NEOMOD; наличие системного воспалительного ответа подтверждено при обнаружении не менее двух его критериев, обязательным условием при этом было включение одного гематологического признака. В качестве альтернативы основанием для констатации системного воспалительного ответа служило наличие любых трёх диагностических признаков [2].

Всего в исследование вошли 38 новорождённых, которые затем были распределены на две группы. Группа А (n=21), критерий включения — дети, получавшие программу ранней реабилитации, критерий исключения — отказ законных представителей ребёнка от ранней реабилитации; группа В (n=17), критерий включения — отказ законных представителей ребёнка от ранней реабилитации, критерий исключения — дети, получавшие программу ранней реабилитации.

Программа ранней реабилитации в КОКБ им. С.В. Беляева разработана в соответствии с принципами Программы индивидуального ухода и оценки развития новорождённых (Newborn Individualized Developmental Care and Assessment Program — NIDCAP) [5]. Эту программу использовала мультидисциплинарная команда специалистов различного профиля (реаниматолог, неонатолог, невролог, реабилитолог, физиотерапевт, массажист). Программа была применена ребёнку только с письменного согласия его законного представителя и включала в себя выполнение ежедневных реабилитационных мероприятий с учётом индивидуальных особенностей ребёнка. Программа ранней реабилитации состояла из следующих элементов: лечебный массаж (классический) по избирательной методике с учётом данных неврологического осмотра и состояния мышечного тонуса; лечебный массаж биологически активных точек (точечный); элементы холистического палсинга; физические упражнения (элементы лечебной физической культуры, несуставная гимнастика): пассивные, пассивно-активные, рефлекторные упражнения; элементы Войта и Бобат-терапии [6]; массаж тактильными мячиками, роллерами; использование высококонтрастных (чёрно-белых) изображений. Выбор комплексного лечения проводили индивидуально для каждого новорождённого. В этом процессе принимали самое активное участие не только медицинские работники, но и родители ребёнка. Мультидисциплинарная команда специалистов определяла программу ранней реабилитации с учётом степени зрелости, тяжести перенесённых заболеваний, наличия осложнений и особенностей постнатального развития ребёнка. Также родители ребёнка посещали школу для обучения технике реабилитации в домашних условиях.

Исследование включало в себя две оценочные точки: первый месяц жизни, первый год жизни. На каждой оценочной точке оценивали параметры, характеризующие исходы лечения. На первом месяце и первом году жизни оценивали результаты инструментальных методов исследования (ультразвуковое исследование, эхокардиография и электрокардиография), были осмотры специалистами с оценкой частоты и качества неврологических, офтальмологических, кардиологических и хирургических осложнений. На первом году жизни оценивали физическое развитие, нервно-психическое развитие, частоту и структуру перенесённых заболеваний, качество жизни при помощи русскоязычной версии родительского опросника PedsQL^TM (Pediatric Quality of Life Inventory) Parent Report for Infants (1–12 months) [7], оценку приверженности родителей программам поздней реабилитации.

Статистические методы

Анализ полученных данных проведён с использованием пакета статистических программ Statistica v. 10 (StatSoft, США).

Описание количественных признаков представлено в формате медианы и 25-го и 75-го процентилей (Me [Q₁; Q₃]), относительные величины — в виде процентной доли. Проверка статистической значимости различий между относительными частотами двух событий осуществлена при помощи критерия Пирсона χ². При сравнении двух независимых групп использовали U-критерий Манна–Уитни. Уровень статистической значимости при проверке нулевой гипотезы был принят р < 0,05.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Среди причин синдрома полиорганной недостаточности у обследуемых детей в группе А и В выявлены врождённые генерализованные инфекции: пневмония (52,6%), некротический энтероколит (26,3%), менингит (21,1%). Оценка по шкале NEOMOD составила 4 (4;6) и 4 (4;5) балла соответственно, р=0,603. Распределение пациентов по полу, срок гестации, масса тела и оценка по шкале Апгар на 1-й и 5-й минутах жизни представлены в табл. 1.

 

Таблица 1. Показатели детей при рождении

Table 1. Neonatal characteristics at birth

Показатель	Группа А (n=21)	Группа В (n=17)	р
Мальчики	13 (61,9%)	9 (52,9%)	0,577
Девочки	8 (31,8%)	8 (47,1%)	0,577
Срок гестации, нед. (Me [Q1; Q3])	37 [34; 39]	37 [33; 38]	0,53
Масса тела при рождении, г (Me [Q1; Q3])	2500 [2250; 3390]	2680 [2100; 3400]	0,371
Апгар на 1-й минуте (Me [Q1; Q3])	7 [6; 7]	7 [6; 7]	0,81
Апгар на 5-й минуте (Me [Q1; Q3])	7 [6; 8]	7 [7; 8]	0,774

 

На грудном вскармливании находились 42,9% (9) детей в группе А и 29,4% (5) в группе В, p=0,392. Выявленная патология у детей на 1-м месяце жизни представлена в табл. 2.

 

Таблица 2. Выявленная патология у детей на 1-м месяце жизни

Table 2. Identified condition in children at 1 month of age

Показатель	Группа А (n=21)		Группа В (n=17)		р
	абс.	%	абс.	%
Аудиологический скрининг
Не прошёл	20	95,2	16	94,1	0,877
Ультразвуковой скрининг
Диффузные изменения перевентрикулярных отделов головного мозга	1	4,7	3	17,6	0,198
Вентрикуломегалия	7	33,3	6	35,2	0,899
Диффузные изменения печени	1	4,7	4	23,5	0,088
Гепатомегалия	1	4,7	3	17,6	0,198
Пиелоэктазия	2	9,5	2		0,822
Диффузные изменения паренхимы почек	1	4,7	3	17,6	0,198
Задержка окостенения головки бедренной кости	3	14,2	2	11,7	0,819
Эхокардиография
Открытое овальное окно	5	23,8	4	23,5	0,983
Аномалия хордального аппарата	5	23,8	2	11,7	0,34
Электрокардиография
Метаболические изменения	2	9,5	2	11,7	0,822
Повышение активности правых отделов сердца	4	19	0	0	0,057
Нарушение проводимости	0	0	1	5,8	0,26
Осмотр специалистов
Офтальмолог
Ангиопатия сосудов сетчатки	3	14,2	5	29,4	0,255
Дакриоцистит	3	14,2	4	23,5	0,464
Хирург
Гидроцеле	3	14,2	1	5,8	0,401
Пиелоэктазия почек	2	9,5	2	11,7	0,822
Пупрочная грыжа	0	0	2	11,7	0,106
Невролог
Синдром двигательных нарушений	7	33,3	7	41,1	0,618
Синдром повышенной нервно-рефлекторной возбудимости	4	19	3	17,6	0,911
Синдром вегетовисцеральных дисфункций	5	23,8	2	11,7	0,34
Гипертензионно-гидроцефальный синдром	4	19	4	23,5	0,736
Судорожный синдром	1	4,7	1	5,8	0,877

 

В течение года заболеваемость детей составила 2 [1; 3] случаев в группе А и 2 [1; 5] случаев в группе В, р=0,767. Медицинская помощь в течение года потребовалась 47,6% (10) в группе А и 52,9% (9) в группе В, р=0,443. Выявленная патология у детей на 1-м году жизни представлена в табл. 3.

 

Таблица 3. Выявленная патология у детей на 1-м году жизни

Table 3. Identified condition in children at 1 year of age

Показатель	Группа А (n=21)		Группа В (n=17)		р
	абс.	%	абс.	%
Ультразвуковой скрининг
Диффузные изменения перевентрикулярных отделов	2	9,5	3	17,6	0,461
Вентрикуломегалия	4	19	6	35,2	0,258
Эхокардиография
Открытое овальное окно	1	4,7	1	5,8	0,877
Аномалия хордального аппарата	1	4,7	2	11,7	0,426
Осмотр специалистов
Офтальмолог
Ангиопатия сосудов сетчатки	2	9,5	3	17,6	0,461
Выявлен риск частичной атрофии зрительного нерва	0	0	1	5,8	0,26
Повторные конъюнктивиты	1	4,7	1	5,8	0,877
Хирург
Гидроцеле	2	9,5	1	5,8	0,678
Пиелоэктазия почек	1	4,7	1	5,8	0,877
Пупрочная грыжа	0	0	2	11,7	0,106
Невролог
Синдром двигательных нарушений	8	38,1	7	41,1	0,846
Синдром повышенной нервно-рефлекторной возбудимости	4	19	1	5,8	0,232
Гипертензионно-гидроцефальный синдром	1	4,7	3	17,6	0,198
Синдром задержки моторного развития	4	19	3	17,6	0,911
Нижний парапарез	0	0	1	5,8	0,26

 

Задержка нервно-психического развития была у 14,3% (3) в группе А и у 17,6% (3) в группе В, р=0,694. Среднее гармоничное физическое развитие присуще 85,7% (18) в группе А и 88,2% (15) в группе В, р=0,553. Неврологическая оценка детей на 1-м году жизни представлена в табл. 4.

 

Таблица 4. Неврологическая оценка детей на 1-м году жизни

Table 4. Neurological assessment of children at 1^st year of life

Показатель	Группа А (n=21)		Группа В (n=17)		р
	абс.	%	абс.	%
Двигательная сфера
Патология при принятии физиологической позы	7	33,3	5	29,4	0,796
Патология мышечного тонуса	5	23,8	11	64,7	0,011
Ограничение двигательной активности	6	28,5	10	58,8	0,06
Нарушение рефлекторной функции	6	28,5	7	41,1	0,415
Наличие патологических двигательных феноменов	0	0	8	47,1	0,004
Двигательные навыки не соответствуют возрасту	4	19	11	64,7	0,004
Вегетативная сфера
Мраморность кожи	2	9,5	9	52,9	0,003
Патологический дермографизм (местный, рефлекторный)	9	42,8	13	76,4	0,039
Нарушение функции тазовых органов	5	23,8	5	29,4	0,696
Предречевое развитие
Не соответствует возрасту	8	38,1	7	41,1	0,846

 

Показатели качества жизни у детей на 1-м году жизни представлены на рис. 1: общий балл 19 [14; 24] в группе А и 32 [26; 38] в группе В, р=0,004; физическое функционирование 2 [2; 4] и 4 [2; 12] соответственно, р=0,025; физические симптомы 4 [1; 6] и 8 [8; 9] соответственно, р=0,001; эмоциональное функционирование 14 [3; 14] и 11 [5; 23] соответственно, р=0,905; социальное функционирование 2 [0; 4] и 4 [3; 4] соответственно, р=0,005; когнитивное функционирование 2 [0; 2] и 2 [0; 3] соответственно, р=0,386.

 

Рис. 1. Показатели качества жизни у детей на 1-м году жизни: PF A — когнитивное функционирование в группе А; PF B когнитивное функционирование в группе В; PS A — социальное функционирование в группе А; PS B — социальное функционирование в группе В; EF A — эмоциональное функционирование в группе А; EF B — эмоциональное функционирование в группе В; SF A — физические симптомы в группе А; SF B — физические симптомы в группе В; CF A — физическое функционирование в группе А; CF B — физическое функционирование в группе В; TSS A — общий балл в группе А; TSS B — общий балл в группе В.

Fig. 1. Quality of life indicators in children at 1 year of life: PF A, cognitive functioning in group A; PF B, cognitive functioning in group B; PS A, social functioning in group A; PS B, social functioning in group B; EF A, emotional functioning in group A; EF B, emotional functioning in group B; SF A, physical symptoms in group A; SF B, physical symptoms in group B; CF A, physical functioning in group A; CF B, physical functioning in group B; TSS A, total score in group A; TSS B, total score in group B.

 

Приверженность родителей ребёнка программам поздней реабилитации составила 100% (21) в группе А и 88,2% (15) в группе В, р=0,106.

ОБСУЖДЕНИЕ

Ранняя реабилитация — важный этап лечения новорождённых с неонатальным сепсисом. Аксиома — чем раньше начинается реабилитация, тем лучше её исходы — является универсальной, поэтому хорошо работает у новорождённых доношенных и недоношенных детей. Например, в Кохрейновском обзоре 2024 г. (44 рандомизированных контролируемых исследования (РКИ), 5051 ребёнок), оценивающем раннюю реабилитацию у недоношенных новорождённых, несмотря на высокую гетерогенность результатов, её проведение улучшало ближайшие и отдалённые когнитивные (коэффициент развития 0,27, 95% доверительный интервал (ДИ) от 0,15 до 0,40; p < 0,001; 25 РКИ; 3132 ребёнка) и двигательные навыки (шкала двигательных навыков 0,12, 95% ДИ от 0,04 до 0,19; p=0,003; 23 РКИ; 2737 ребёнка) у детей [8].

Следует отметить, что в утверждённых в 2025 г. Федеральных клинических рекомендациях «Сепсис у новорождённых» определено, что программы реабилитации должны быть индивидуальны и могут включать лечебную физкультуру, массаж, физиотерапию, наблюдение узких специалистов (невролога, кардиолога, пульмонолога, гастроэнтеролога, сурдолога, офтальмолога). В то же время в них, в отличие от клинических рекомендаций «Сепсис (у детей)», не приведена этапность медицинской реабилитации в зависимости от тяжести пациента [3]. Более того, единых программ ранней реабилитации, доказавших свою эффективность у новорождённых с неонатальным сепсисом, не существует. Поэтому авторами была сформулирована научная гипотеза — насколько будет эффективной разработанная мультидисциплинарная программа ранней реабилитации, основанная на стандартных методиках у детей с неонатальным сепсисом.

Большинство исследований, посвящённых оценке эффективности программ ранней реабилитации у детей с неонатальным сепсисом, акцентируют внимание на ближайших исходах. Настоящее исследование при оценке выявленной патологии у новорождённых в течение первого месяца жизни не обнаружило значимых различий в этой патологии. Также выполнение программы ранней реабилитации не повлияло на заболеваемость детей в течение их первого года жизни.

Любопытно, что подавляющее большинство родителей, изначально отказавшихся от программы ранней реабилитации, в течение года, так или иначе, участвовали в программах поздней реабилитации и были привержены ей на протяжении всего времени наблюдения. Проблеме психологической помощи родителям новрождённых, находящихся в отделении интенсивной терапии, в том числе при принятии ими решения о необходимости лечения и ухода, посвящено много научных работ. Настоящее исследование подтверждает актуальность данной проблемы и необходимость поиска путей её решения при внедрении программ ранней реабилитации. Таким инструментом могут быть программы «Семейная интегрированная помощь» (FICare), которые показали эффективность в мультицентровом исследовании, проведённом в Канаде, Австралии и Новой Зеландии. При внедрении FICare снижала стресс и тревожность родителей, положительно влияя на их парсипативность и тем самым улучшая исходы терапии их детей [9].

Вторая точка исследования продемонстрировала эффективность программы ранней реабилитации в отношении неврологического статуса: у участвующих в ней новорождённых статистически значимо реже отмечены патология мышечного тонуса, наличие патологических двигательных феноменов и отставание в формировании двигательных навыков. Это соответствует современным представлениям о высоком потенциале ранней реабилитации в минимизации последствий формирования тяжёлых двигательных нарушений, обусловленных перинатальным поражением центральной нервной системы при сепсисе [10].

Наиболее интересный результат исследования — объективное подтверждение более высокого качества жизни (по опроснику PedsQL^ТМ) у детей, участвующих в программе ранней реабилитации, что отражает её комплексный положительный эффект не только на биологические функции, но и на социально-эмоциональное благополучие ребёнка и семьи. Показательно, что в настоящем исследовании ранняя реабилитация оказала положительное влияние не на все критерии PedsQL^ТМ, а только на физическое функционирование, характеризующее уровень энергии и общее физическое состояние ребёнка, и физические симптомы, указывающие на меньшее количество соматических проблем, которые влияют на повседневное благополучие ребёнка. Это обосновывает необходимость разработки новых программ ранней реабилитации при неонатальном сепсисе, направленных на улучшение других показателей качества жизни.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Настоящее исследование подтверждает клиническую значимость ранней, индивидуализированной и мультидисциплинарной реабилитации в комплексе лечения новорождённых с перенесённым неонатальным сепсисом. Несмотря на отсутствие значимых различий в структуре соматической патологии на ранних этапах, программа продемонстрировала выраженное положительное влияние на отдалённые неврологические исходы, существенно снижая частоту двигательных нарушений. Важный результат — объективное улучшение показателей качества жизни у детей, получивших реабилитацию, что отражает её комплексный позитивный эффект не только на физическое состояние, но и на общее благополучие ребёнка и семьи.

Полученные данные свидетельствуют о необходимости интеграции научно обоснованных программ ранней реабилитации в клинические рекомендации по ведению неонатального сепсиса. Ограничения исследования, такие как небольшой размер выборки, подчеркивают актуальность проведения дальнейших, более масштабных и детализированных исследований для разработки оптимальных реабилитационных алгоритмов, направленных на улучшение всех аспектов здоровья и качества жизни этой уязвимой категории пациентов.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Вклад авторов. А.В. Голомидов — определение концепции, разработка методологии, работа с данными, анализ данных, проведение исследования, валидация, визуализация, написание черновика рукописи, пересмотр и редактирование рукописи; Е.А. Михновец — работа с данными, анализ данных, проведение исследования, написание черновика рукописи; Е.В. Григорьев — администрирование проекта, руководство исследованием, валидация, пересмотр и редактирование рукописи, анализ литературных источников, редактирование статьи; В.Г. Мозес — анализ данных, проведение исследования, валидация, написание черновика рукописи; К.Б. Мозес — работа с данными, анализ данных, проведение исследования, визуализация. Все авторы одобрили рукопись (версию для публикации), а также согласились нести ответственность за все аспекты настоящей работы, гарантируя надлежащее рассмотрение и решение вопросов, связанных с точностью и любой её части.

Этическая экспертиза. Исследование одобрено Комитетом по этике и доказательности медицинских научных исследований Кузбасской областной клинической больницы (протокол № 149/1 от 07.02.2024). Все законные представители пациентов добровольно подписали информированное согласие до включения в исследование.

Источники финансирования. Отсутствуют.

Раскрытие интересов. Авторы заявляют об отсутствии отношений, деятельности и интересов за последние три года, связанных с третьими лицами (коммерческими и некоммерческими), интересы которых могут быть затронуты содержанием статьи.

Оригинальность. При создании настоящей статьи авторы не использовали ранее полученные и опубликованные сведения (данные, текст, иллюстрации).

Доступ к данным. Все данные, полученные в настоящем исследовании, представлены в статье.

Генеративный искусственный интеллект. При создании настоящей статьи технологии генеративного искусственного интеллекта не использовали.

Рассмотрение и рецензирование. Настоящая работа подана в журнал в инициативном порядке и рассмотрена по обычной процедуре. В рецензировании участвовали два внешних рецензента, член редакционной коллегии и научный редактор издания.

ADDITIONAL INFO

Author contribution: A.V. Golomidov — conceptualization; methodology, data curation, formal analysis, investigation, validation, visualization, writing—original draft, writing—review & editing; E.A. Mikhnovets — data curation, formal analysis, investigation, writing—original draft; E.V. Grigoriev — project administration, supervision, validation, writing — review & editing; V.G. Mozes — formal analysis, investigation, validation, writing — original draft; K.B. Mozes — data curation, formal analysis, investigation, visualization. All authors have approved the manuscript (the version for publication),and also agreed to be responsible for all aspects of this work, ensuring proper consideration and resolution of issues related to the accuracy and integrity of any part of it.

Ethics approval: The study was approved by the Ethics and Evidence Committee for Medical Research of Kuzbass Regional Clinical Hospital (Minutes No. 149/1 dated February 7, 2024). Written informed consent was obtained from the legal representatives of all enrolled children prior to inclusion in the study.

Funding sources: No funding.

Disclosure of interests: The authors have no relationships, activities, or interests for the last three years related to for-profit or not-for-profit third parties whose interests may be affected by the content of the article.

Statement of originality: No previously obtained or published material (text or data) was used in this study or article.

Data availability statement: All data obtained in this study are available in this article.

Generative AI: No generative artificial intelligence technologies were used to prepare this article.

Provenance and peer-review: This paper was submitted unsolicited and reviewed following the standard procedure. The peer review process involved two external reviewer, a member of the Editorial Board, and the in-house science editor.

About the authors

Alexandr V. Golomidov

S.V. Belyaev Kuzbass Regional Clinical Hospital

Author for correspondence.
Email: golomidov.oritn@yandex.ru
ORCID iD: 0000-0001-7522-9094
SPIN-code: 4406-2065

MD, Cand. Sci. (Medicine)

Russian Federation, Kemerovo

Elena A. Mikhnovets

S.V. Belyaev Kuzbass Regional Clinical Hospital

Email: kruly42@yandex.ru
ORCID iD: 0009-0006-5917-5157
SPIN-code: 6348-0141

MD, Cand. Sci. (Medicine)

Russian Federation, Kemerovo

Evgeny V. Grigoriev

Institute for Complex Issues of Cardiovascular Diseases

Email: grigorievev@hotmail.com
ORCID iD: 0000-0001-8370-3083
SPIN-code: 2316-2287

MD, Dr. Sci. (Medicine), Professor, Corresponding Member of Russian Academy of Sciences

Russian Federation, Kemerovo

Vadim G. Mozes

Kemerovo State Medical University

Email: vadimmoses@mail.ru
ORCID iD: 0000-0002-3269-9018
SPIN-code: 5854-6890

MD, Dr. Sci. (Medicine), Professor

Russian Federation, Kemerovo

Kira B. Mozes

S.V. Belyaev Kuzbass Regional Clinical Hospital

Email: kbsolo@mail.ru
ORCID iD: 0000-0003-2906-6217
SPIN-code: 7479-6695
Russian Federation, Kemerovo

References

Supplementary files